Строительство-2015: проблемы и перспективы

Строительство-2015: проблемы и перспективыСтроительство-2015: проблемы и перспективы.

О кредитах, кадрах и сносе панельных домов мы поговорили с экспертом.

Санкции сделали экономическую обстановку в России нестабильной. Как же это отразится на локомотиве экономики – строительной отрасли? А ведь есть еще и проблема устаревающего панельного жилья, которое вот-вот перешагнет крайние сроки эксплуатации. О путях дальнейшего развития и о том, чего стоит ожидать в ближайшие годы от строительной сферы, мы поговорили с председателем правления объединения работодателей «Союз нижегородских строителей» Анатолием Секотовым.

Проект, кадры и мошенничество.

— Качество строительства бывает разным, — признает Анатолий Секотов. — Все зависит от качества: проекта, кадров, материалов и… от мошенничества. Качество материалов наиболее простая и ощутимая вещь. Нынешние проблемы и беды строительной отрасли в наименьшей степени связаны с качеством материалов. Иное дело — кадры.

— Проблема квалифицированных кадров существует, — признает Секотов. – В Нижегородской области ежегодно, начиная с 2008 года, профессиональные рабочие кадры сокращаются на 4-5 тысяч человек ежегодно. Слова «профессионал» и «человек, занятый в строительстве» должны быть идентичными. Так не происходит. Недостаток кадров восполняется мигрантами, профессиональное образование у которых отсутствует или на самом низком уровне.

— И конечно, мошенничество – самый тяжелый фактор для качества. Заключаются договоры на одно количество и качество работ, а потребитель получает другое количество и качество. К мошенничеству я также отношу действия администрации при заключении договоров на муниципальные и федеральные заказы. Аукционы, которые проводятся сегодня, идут на снижение цены. Кто за меньшие деньги возьмется строить, тот и получает подряд. Абсолютно ясно, что по цене меньшей, чем указана в смете, сделать работу качественно нельзя.

Но обо всем поподробнее.

Состоятельность и экспертиза.

Мошенничества можно избежать, как и недобросовестной работы. Для этого нужно знать какую фирму выбрать.

— Очень важна состоятельность компании, — считает Секотов. — Когда фирма обращается за кредитом, сотрудники банка внимательно исследуют кредитную историю и выносят решение. Почему в области строительства все иначе? Ведь деньги на строительство даются немалые, и прежде, чем заключать подрядные договоры с фирмой, нужно изучить историю ее работы, ее возможности.

Иными словами, нужен рейтинг строительных компаний и институт поручительства. Это позволит четко ответить на вопрос — можно ли вообще доверить данной компании средства на строительство объектов. Ведь не исключены мошенничество и банкротство. В строительной отрасли должна быть, как и в кредитовании, своя, только уже — строительная история.

Рынок строительной экспертизы, по мнению Секотова, тоже далек от желаемого.

— Ни для кого не секрет что проектированием стало заниматься очень много фирм, которые в своем составе имеют минимальный набор специалистов. Считаю, что федеральные власти допустили ошибку, введя тотальную экспертизу всех проектов. «Закрываясь» экспертизой, качество проекта вроде бы гарантировано, но на самом деле это не так. Особенно с введением негосударственной, частной, коммерческой экспертизы. Часто вопрос стоит так: приходит застройщик с проектом, эксперт смотрит проект и говорит, что он неприемлем. А застройщик отвечает: я заплачу и заплачу много.

Конечно, речь не идет об откровенно аварийных проектах, грозящих обрушением или другой катастрофой с человеческими жертвами. Но есть в требованиях экспертизы обязательные жесткие параметры, которые влияют на качество жизни будущих жильцов, и которые, часто бывают в проекте не соблюдены.

— Отчего это происходит? Из-за многочисленности проектных организаций мелких и несостоятельных, — считает Секотов. — Как после перестройки появилась масса ларьков и киосков, также появилась масса мелких проектных организаций. Прошло время, и ларьки исчезли, уступив место торговым центрам, а вот в проектной сфере эти ларьки и киоски остались. Они отбирают возможность создать настоящее производство. Дайте возможность тем крупным проектным институтам, которые остались работать без экспертизы, а тем, кому доверия нет – пусть работают с экспертизой. Крупные организации в состоянии держать десять таких же специалистов, которые сидят в мелкой экспертизе. Зачем же посылать проект на лишний круг.

И то, что готовить проект и проводить по нему экспертизу будут в одном учреждении, по мнению Анатолия Секотова, смущать не должно.

— В случае чего, отвечать все равно будет тот, кто проект готовил, и руководитель проектной организации, — поясняет Анатолий Секотов. — И отвечать совсем не так как эксперт: если последнему грозит разве что увольнение, то создатель дефектного проекта и директор будут отвечать по уголовным законам, и вполне могут лишиться свободы.

Кадры решают все.

По мнению Анатолия Секотова, проектная отрасль деградирует еще и из-за отсутствия нужного количества кадров. В мелких организациях не могут позволить себе держать дублеров и обучать кадры на перспективу.

— Проектировщиком становится человек, который проработал в проектном учреждении и получил опыт. В мелких проектных организациях требуются люди уже с опытом. А ведь даже прораб на стройке появляется только тогда, когда от начала до конца построит хотя бы один объект самостоятельно, окунется во все этапы строительства. До этого его нельзя считать специалистом.

Но страдает не только проектирование, с подготовкой рабочих кадров тоже возникают трудности.

— В регионе есть целая серия учебных заведений, которые готовят кадры низшего звена – сварщиков, каменщиков, — объясняет Секотов. — В СССР это называлось ПТУ, сейчас – лицеи и колледжи, а дела это не меняет, это подготовка кадров первичного звена. Причем это зачастую не подготовка, а социальная адаптация двоечников из средних школ.

Обучение на сварщика, каменщика, маляра-штукатура длится в среднем 2,5 года. Почему так долго.

— Львиная доля приходится на общеобразовательные предметы, человеку просто дают среднее образование. Обучению же профильной профессии уделяется намного меньше времени, учить человека два с половиной года исключительно профессии – нельзя, там просто нечему учить такой долгий срок.

— После техникума все мужчины забираются в армию, и часто оттуда не возвращаются к строительным профессиям, потому что это «неэлитно», — продолжает Анатолий Секотов. — По моим наблюдениям, возвращаются в строительную сферу только примерно 15 % от общего числа обучавшихся. А государство напрасно тратит большие деньги.

По мнению Секотова, из ситуации есть выход.

— Мы направили в Законодательное собрание области и в московские инстанции предложение по открытию специализированных курсов. На этих курсах будут учить или переучивать исключительно профессиональным обязанностям. В подготовке кадров будут участвовать в первую очередь те, кто получает прибыль. В сметах на строительство любых объектов должна быть строчка – подготовка строительных кадров.

По мнению Секотова, специальные курсы будут востребованы. Из 110 тысяч профессиональных строителей Нижегородской области 2 тысячи ежегодно уходят на пенсию, их нужно замещать. А ведь есть еще и увеличение динамики строительства в городе и области – необходимо больше кадров.

И, наконец, нестабильная экономическая обстановка и прогнозируемый отток гастарбайтеров из России делают важнейшей задачей привлечение своих, отечественных кадров.

— Чтобы наши родные нижегородцы кормили свои семьи здесь, нужно готовить по 6 тысяч человек ежегодно с учетом убытия иностранной рабочей силы.

По мысли Секотова, на курсы пойдут не школьники-детишки, а в первую очередь люди, не имеющие работы, — по направлению из Центра занятости, и просто люди желающие поменять профессию. Такие курсы будут полезны и иностранным рабочим, повысится их функционал. Расчистка территории и сварка каркаса здания — работы разные. И есть расчет и здравый смысл неквалифицированных рабочих переподготовить.

Для организации этих курсов, по расчетам Секотова, застройщик потратит всего где-то 0,3 % от общей суммы сметы. Ущерба у работодателей может и не быть, зато может появиться прибыль. Человек, устраивающийся на работу, обучается за счет фирмы, работник в течение определенного срока вернет эти деньги из зарплаты.

— Каменщика можно подготовить за 2 месяца, хорошего сварщика и крановщика – за 6. Набор часов и профессиональные стандарты существуют. Все мы знаем, что к 2020-му году планируется создать в стране 25 миллионов новых рабочих мест, но для того, чтобы эти места были созданы, нужно уже сейчас подготовить и выпустить 2,5 миллиона строителей. Иначе кто будет эти рабочие места и инфраструктуру создавать.

Стареющее жилье снесено не будет.

В нашем городе, несмотря на очень серьезное жилищное строительство, большинство населения по-прежнему живет в «хрущевках» и «брежневках». У них совершенно определенный срок службы. И он уже истекает. Что дальше.

— Я не думаю, что в ближайшие 20 лет в Нижнем Новгороде разберут хоть один панельный дом, — считает Анатолий Секотов. — В Москве этот процесс пошел бурно и в сжатые сроки потому, что там цены на жилье значительно выше, чем в Нижнем Новгороде. И каждая площадка способна в принципе окупить все затраты на разборку. Тем более, что там важен фактор территориально расположения, а весь центр Москвы, как известно, застроен, и единственная возможность – сносить старые дома, чтобы возводить новые.

Ни одного из этих факторов в Нижнем Новгороде не наблюдается. У нас возможности строительства и без сноса старых зданий очень велики.

— В городе много свободных площадей, — считает Секотов. — Они часто заняты неработающими городскими предприятиями. Например, рядом с Молитовским мостом, внизу было предприятие «Новая Сосна». Там ничего даже расчищать не надо – свободная территория, на которой может поместиться очень большой микрорайон. Другое место, я считаю, элитное – от того же моста до Карповки и улицы Новикова-Прибоя. Еще один пример – бывший нефтезавод на Бурнаковке. В городе такого быть не должно. Город должен быть компактным, красивым и функциональным, а место в нем – дефицитным.

— Зоновой объективной необходимости сносить дома в Нижнем нет, — считает Секотов. — Да и бизнес работает по схеме «затраты – прибыль», а со сносом многоэтажного дома, цена на квартиры во вновь построенном доме увеличивается едва не в два раза.

Сносить дома не будут, но смогут ли сами дома стоять «смирно» до полного износа? Время уничтожает все. Угрожает ли возраст целостности нижегородских домов, позволят ли сами материалы, из которых сделаны дома, жить за пределом срока годности.

— Несущих способностей хватит еще лет на сорок, уверен Анатолий Секотов. — Закладные детали не проржавеют и не выйдут из строя. Обычные же швы и трещины всегда будут. Их просто промазывают заново. Причем долговременны не только «брежневки», но даже «хрущевки». Если дефектов швов нет, то и связи не ржавеют, а на первых домах серии особенно тщательно следили за этим – все связи были оцинкованные. Если же предотвращено поступление воздуха и влаги, то процесс окисления не идет. Из строя могут выйти только узлы.

— В 1988 году мы проводили проверку на объекте у одного Героя Социалистического Труда. Так у него балконная плита вместо 10 швов была приварена в 7-ми, и не по 10 см, а по 3. Зато перевыполнял план. Все варили по 20 панелей в день, а он по 100. Так что гарантировать, что его объект где-нибудь не упадет – не могу.

Санкции: дефицит не грозит.

— Санкции сказались на строительном рынке — затруднено кредитование, — объясняет Секотов. — Это очень важный для бизнеса момент. По Марксу прибыль должна рождать прибыль. Построив один дом, часть прибыли с него застройщик должен вкладывать в новые дома. Но у нас так часто не происходит. Застройщики боятся – ведь можно дом построить, а квартиры не продать, можно дольщиков не найти. А, кроме того, немногие фирмы могут позволить себе создать долговременный план работ. Так что прибыль от проданных квартир застройщики часто кладут в карман или отправляют за границу, а на реализацию новых проектов берут кредиты.

Основная масса застройщиков, построив один-два дома, начинают околачивать пороги администрации за новой землей под стройплощадки. Непрерывности процесса строительства нет.

Сказались санкции и на стройматериалах.

— Подросла их стоимость, но дефицита самих материалов нет, — объясняет Секотов. — Большинство стройматериалов – отечественные. Основная технология сегодняшнего строительства – железобетонная этажерка. Бетон – отечественный, металл отечественный — Череповец, Урал. А Борский силикатный завод делает газобетонные блоки в любом количестве. Дефицита нет, и он не грозит. Насыщение новыми квадратными метрами наступит.

Главная проблема в том, что все финансовые нервы сконцентрированы в Америке. А строительство настолько автономная отрасль, что она себя обеспечит в любом случае. Если правительство решит вопрос кредитования – ничего больше не нужно.